Если бы не война

Судьба Иониных из села Верхнее

Меня и моего супруга объединяют не только совместно прожитые годы, дети, нажитое имущество. Наши судьбы очень похожи. Наши отцы, Иван Иванович Кузнецов и Анфим Фёдорович Ионин, ушли на фронт с первых дней войны. Оба они не вернулись домой.
Мой отец И. И. Кузнецов погиб в немецком плену в лагере Сталаг (326) в октябре 1942 года. В общей сложности через этот лагерь прошли 307 679 красноармейцев. Отец моего мужа, А. Ф. Ионин, погиб в боях под Москвой.
На руках моей мамы Александры Егоровны Кузнецовой осталось пятеро детей и 80-летняя мать-старуха. Старшему сыну – 10 лет, младшей дочери, мне – шесть месяцев. У Зинаиды Петровны Иониной – 85-летняя свекровь и четверо детей, старшей дочери восемь лет, младшей пять месяцев. Ни у той, ни у другой в запасе ни хлеба, ни сена, ни дров. С первых дней война прокатилась по нашему детству и оставила свой отпечаток на всей нашей жизни.
Сейчас мне 77 лет, супругу моему, Ивану Анфимовичу, уже 79 лет. И до сих пор мы не можем забыть своё детство, постоянно вспоминаем прошлое. И что вспоминается?! Пришедшие похоронки, слёзы матерей, голод, холод, беднота… Через всё это мы прошли, разделив со взрослыми все тяготы военного лихолетья. Наши матери работали с утра и до полуночи, а то и ночевали на полевых станах, чтобы что-то получить на заработанный трудодень. А бабушки занимались домашним хозяйством и нашим воспитанием.
Мы не видели своих матерей целыми летними месяцами. Полученных за их работу отходов не хватало на проживание даже в зимний период, не говоря о круглогодичном. С приходом весны, с появлением первых проталин на огородах и буграх мы отправлялись искать замороженную картошку и копать корни солодки, затем полевой чеснок, лебеду, кислицу, жабрей, денежник, ягоды… Можно перечислять и дальше. Одним словом, ели любую растительность, которую только могли разжевать детские зубы.
Хлеб, выращенный на колхозных полях, отправляли на фронт. И год начинался снова с отходов. И так долгих четыре года, а, вернее сказать, почти до самой целины не едали хлеба досыта. Нечего было и носить. Всё, что было из одежды отцов и матерей, выменяли на продукты. А когда пошли в школу, не было учебников, тетрадей. Писали на старых газетах, книгах, которые давал учитель. Чернилами служил сок красной свеклы, который быстро портился, или сажа, разведённая молоком.
После окончания учебного года мы шли на работу в колхоз. На полях рвали траву, стараясь не сминать хлебные колосья. Для колхозных овец заготавливали на зиму берёзовые веники. Сгребали скошенное сено, копнили его, наваливали на волокуши, подвозили к стогам.
Мы рано взрослели, нам не на кого было надеяться. В колхозе не хватало рабочих рук. В поле одни женщины и ребятишки. Я после окончания семи классов начала работать в колхозе учётчиком. Затем пошла учиться дальше. В 1960 году окончила Куртамышское педагогическое училище, заочно – Челябинский пединститут. Сорок лет отдала любимой работе в Жуковской и Верхнёвской школах. Таким же было детство и Ивана Анфимовича. Но когда мы начинаем об этом вспоминать, то мне кажется, что ему ещё больше досталось в годы войны. Они только переехали на новое место жительства, ещё даже огорода своего не было, как отца забрали на фронт.
После учёбы в школе Иван поступил учиться в Куртамышский сельхозтехникум, потом заочно окончил Курганский сельхозинститут. 45 лет проработал агрономом, из них 38 лет в одном хозяйстве – «Знамя» главным агрономом. Он удостоен звания «Заслуженный агроном Российской Федерации».
А если бы не война? Если бы наши отцы вернулись с фронта? Нам конечно же не пришлось бы перенести столько тягостей. Судьбы наши, возможно, сложилась бы иначе. Жизнь закалила нас, всего мы добивались сами, благодаря упорству и трудолюбию.
Г. ИОНИНА, с. Верхнее.
Добавлять в RSS для Яндекс.Новости: 

Комментарии

Добавить комментарий

Все новости рубрики Село